Warning: "continue" targeting switch is equivalent to "break". Did you mean to use "continue 2"? in /var/www/u0132801/data/www/muzey-rezh.ru/plugins/system/t3/includes/menu/megamenu.php on line 134
Режевской исторический музей - Публикации

Публикации

Мутовка

На современной кухне можно обнаружить много столовых приборов, среди которых нередко встречаются старинные приспособления. Одним из таких древних обитателей кухни является мутовка, о которой наше поколение помнит только благодаря бабушкам.
Среди многих предметов домашней утвари, которые экспонируются в нашем музее, такой экспонат есть.
Внешне стандартная форма похожа на деревянную палку с сучками на конце. Обычно изготавливались из дерева и были цельными. Название пришло из древности, от слов «мутить», «взмучивать» и «делать мутным», что означает «перемешивать и избавляться от осадка в смеси». Есть также версия, что название произошло от исконно русского слова, означающего «мешалка».
Сейчас сохранились только классические версии кухонной утвари. А в старину имелось более 10 видов мутовок, отличающихся по конструкции и форме. Они отличались по величине, каждый размер был предназначен для конкретной цели.
Конструкция позволяет легко и удобно взять прибор в руку и производить быстрое смешивание продуктов. Помимо этого, деревянную ручку можно зажать между ладоней и совершать вращательные движения для перемешивания теста. С её помощью можно было выполнять большое количество действий: Перемешивание муки с яйцами и молоком для приготовления теста. Взбивание яичных желтков. Для перемешивания киселей и похлёбок применялись самые маленькие варианты. Для более тонкого или жидкого теста использовались варианты, отличающиеся по размеру и конструкции. Более твёрдые продукты смешивались средними мутовками. Большие массивные варианты использовались для перемешивания белья при стирке в больших чугунных котлах. С помощью мутовок хозяйки заваривали отруби для кормления домашних животных и крупного рогатого скота. Были варианты, используемые в строительстве, для подготовки глиняной смеси, подготовки извести, смешивания красок. Опытные хозяйки умудрялись применять мутовку практически во всех сферах жизнедеятельности. А также придумывали дополнительное применение, поэтому мутовку заслуженно можно назвать одним из самых востребованных элементов кухонной утвари.
В современных условиях для каждого варианта мутовки есть своя замена, технологический прогресс позволил заменить многие приспособления на кухне. И у старинной утвари появилась родственница, которая стала использоваться в миксере. Но и сейчас у хозяек сохраняются мутовки на кухне, переходящие к молодому поколению по наследству от родителей и бабушек. Применение инструмента позволяет экономить электроэнергию, поскольку для её использования не нужно электричество. Старинные мутовки выполнены из дерева, поэтому они являются самыми экологически чистыми приборами. Их применение в повседневной жизни позволяет выполнять различные действия на кухне без вреда для здоровья. Мутовка всегда под рукой, поэтому для взбивания небольшого количества продуктов, хозяйка по-прежнему пользуется старой доброй мутовкой. И она никогда не подводит!
Если вы нашли в своей кухне такой предмет, не спешите избавляться от него. Бабушка и мама хранили его не зря. Сумеете оценить и вы!
Горбушина Л.А.

Шкатулка с лаковой миниатюрой из Федоскино

Есть в нашем музее и такой экспонат. Чёрного цвета снаружи, изнутри - красного. На крышке миниатюра овальной формы в чёрно-белом цвете. Автор миниатюры – художник Минаев. Изготовлена в 60-х гг. ХХ в.

Глядя на эту шкатулочку, и не скажешь, что она выполнена с соблюдением вековой, традиционной технологии и художественных приемов оформления изделий, присущих данному промыслу. Этот народный промысел - вид традиционной русской лаковой миниатюрной живописи масляными красками на папье-маше, возник в 1795г. в подмосковном селе Федоскино и существует до сих пор. До того момента, как шкатулка попала в руки художника она прошла долгий путь от простого картона до папье-маше прочнее дерева. Её резали, склеивали, прессовали, вымачивали в керосине, сушили, шлифовали, пропитывали в масле, грунтовали, шпатлевали – всего и не перечислишь. А технология росписи в несколько слоев краской и лаком вообще тайна за семью печатями. В итоге из кусочка картона получается настоящее произведение искусства.

                                                                                       Колташова Л.Н.

Светец напольный

В экспозиции крестьянская изба стоит напольный светец, в просторечье – подлучинник. Этому предмету более 150 лет. В 19 веке в селе Черемисском было несколько кузниц, и мастера кузнечного дела обеспечивали крестьян своей продукцией. Винтообразный прут (светильня) высотой 1м 20см, рассеченный с одного конца на 4 пальца - зажима, в которые вкладывалась лучина. Основание - в форме обруча, диаметром 28 см. Светец выкован из железа. Кузнец проявлял свое умение и фантазию, благодаря большой вариативности всевозможных спиралей и завитков. Этот светец был удобен тем, что был переносной. Его ставили в любой угол избы. В целях безопасности под светец обязательно ставили лохань или корытце, куда наливали воду или насыпали песок для падающих углей. При этом вода под светцом увеличивала свет лучины, отражая его. Для лучины использовали в основном дерево березы или сосны. Заготовкой лучины занимались дети. Чтобы лучинное полено легче расходилось на щепки, его могли заранее вымочить или выпаривать в печи. Длина лучины варьировалась от 40 до 80 сантиметров, соответственно и горели они разное время. Сухая лучина длиной 40 см горела примерно 10 минут, в зависимости от породы дерева. Для увеличения времени горения лучины смазывали дегтем, жиром, воском или смолой. Тогда время горения увеличивалось до получаса. Такие самодельные осветительные приборы оставались в быту в деревнях вплоть до 40гг. XX века и являлись неотъемлемой частью жилища.                                

Першина Н.В., Черемисский историко – литературный музей.

Кувшин

В коллекции этнографии и прикладного искусства нашего музея есть различные керамические изделия. Керамика известна с глубокой древности и представляет собой искусство изготовления изделий из глины путём обжига. Гончарное ремесло, как и кузнечное, основано на использовании мощнейшей стихии – огня, и на умении управлять ею. Поэтому в народных представлениях гончару, как и кузнецу, приписывались владение необычным знанием и магической силой. Говорят, глина, являющаяся основой керамики, вытягивает из человека негативную энергию, заменяя её энергией солнца, земли, воды и воздуха. В посуде из глины можно готовить и хранить пищу. Особый интерес представляют керамические кувшины. Многообразие их форм, размеров, объёмов порой удивляет. А причина этого проста! Необходимость использования в разных сферах жизни. Виноделы предпочитают подавать дорогие вина в кувшинах из керамики. Ведь в них надолго сохраняются все ценные свойства вина. И не только. Например, молоко в керамических кувшинах – кринках надолго остаётся прохладным и меньше подвержено брожению. Изделия могут покрываться бесцветными глазурями, расписываться цветными глиняными красками – ангобами. Экспонат, представленный в рубрике «История одного предмета» изготовлен в 1957 году Артелью «Керамик», Невьянский завод художественной керамики (Свердловская область). Автор Жданов Е.А. Кувшин коричневого цвета в виде яйца. По тулову стилизованное изображение: в свободной композиции цветы, ветви и листья. Цвета: бирюзовый, темно-синий, коричневый. Под глазурная ручная роспись. Гончарным промыслом в Невьянском крае занимались издавна, ибо превосходных глин для этого в долине реки Нейва предостаточно. Именно в тот период местные мастера освоили массовый выпуск художественных изделий, овладев секретами майолики, восстановительных глазурей, ангобирования. Такой замечательный расписной кувшин передала в дар музею жительница села Черемисского Гудкова Евдокия Алексеевна.

Першина О.А, Черемисский историко – литературный музей

Обутки

Есть такая русская народная загадка:
Два арапа –
Родные брата,
Везде с нами гуляют
И нас защищают.
Конечно, вы догадались, что речь идёт об обуви. Если задуматься, то в ней отражено назначение любой обувной пары: защищать нас от грязи, холода, сырости, ранений. Раньше было просто: на улице сухо и тепло – надевай лапти. Если снег и мороз – валенки. В сырую погоду нужна обувь из кожи.
Сейчас нынешние модницы, выбирая какую обувь надеть, учитывают еще массу аспектов, связанных, прежде всего с требованиями моды. Какую только обувь не предлагает современная промышленность. И хотя все сводится к нескольким группам - ботинки, сапоги, туфли, спортивная обувь – названий придумано множество. Балетки, бабуши, берцы, босоножки, ботильоны, бутсы, кеды, кроссовки, лодочки, лоферы, луноходы, мыльницы, пантолеты, сабо, сандалии, сапоги ковбойские, сапоги-чулки, слиперы, слипоны, сникеры, теннисные туфли, угги, чешки, эспадрильи, яхтенные туфли – это далеко неполный список названий современной обуви.
В Черемисском историко-литературном музее в экспозиции «История основания с.Черемисское. Занятия и быт» представлена обувь конца19 – начала 20 века, которую носили в селе. Конечно же, есть здесь и лапти, но в нашей местности носили их мало – климат не позволял. Предпочтение отдавали обуви из кожи. Примером такой обуви являются обутки. Название произошло от слова обуть. Обутки, обуточки – могли быть и женскими, и детскими, и мужскими – разница была лишь в отделке. Сшиты они выворотным способом – т.е. после изготовления вывернуты так, чтобы шов скрылся внутри. Детали обуток выкроены из кожи. Причем на один из цельного куска, а на другой не хватило материала, пришлось сзади делать вставку. Шились обутки «на одну колодку». Не различали правая или левая. Только после носки обувь «садилась по ноге» хозяина. Внутрь надевали либо шерстяные чулки, либо обматывали ногу полотном – у кого какой был достаток, лишь бы было тепло и сухо. И, наверное, мало задумывалась деревенская модница 19 столетия о том, подойдут ли эти обутки к её сарафану. Престижным было уже то, что они у неё есть.

Колташова Л.Н.

Шайтанский переливт

Минералогическая коллекция Черемисского историко-литературного музея насчитывает около 400 экспонатов. Это минералы из разных мест, переданные музею в разные годы. Есть и образцы минералов нашей местности, которая находится в центре самоцветной полосы Урала. Сегодня речь пойдёт о шайтанском переливте. Этот ювелирно-поделочный камень - чисто уральский, уникален и не имеет аналогов.

 В 1786 году бергмейстер А.В.Раздеришин открыл месторождение шайтанского переливта   в 3 км от д. Шайтанки. (ныне с. Октябрьское)

Шайтанское месторождение переливта – единственное месторождение в мире, поэтому считается минералогическим символом Черемисской волости и реки Реж. Название камень получил за непередаваемый цвет, который сравнивали с переливами шёлкового блеска.

 Раньше местные жители обязательно укладывали переливт в баню на печку «каменку». Они свято верили, что при нагревании камень выделяет вещества полезные для здоровья. А ещё наши предки считали, что если будешь носить шайтанский переливт на себе, то никогда не опьянеешь.

А ювелиры и камнерезы использовали этот камень в своих целях. На знаменитой карте Франции, выполненной методом Флорентийской мозаики из разных поделочных камней уральскими камнерезами в 1900г. один из департаментов выложен шайтанским переливтом. Карта была представлена в Париже на выставке и была оставлена в подарок Франции.    

Колташова Л.Н.

Самовар

Одной из самых ярких и показательных черт русского традиционного быта издавна считается чаепитие за самоваром. Самовар был не обычной принадлежностью домашнего хозяйства, а своеобразным олицетворением достатка, семейного уюта, благополучия. Он был незаменимым атрибутом в девичьем приданом, передавался из поколения в поколение, а в доме занимал самое видное и почётное место. Первое упоминание самовара в исторических документах датируется 1746 годом, но назвать точную дату и место, где появился первый самовар, невозможно. Самовар – металлический сосуд для кипячения воды и приготовления чая. Первоначально вода нагревалась внутренней топкой, представляющей собой высокую трубку, наполняемую древесными углями (угольный). Позже появились другие виды самоваров: керосиновые, электрические и т.д. Вначале самовары изготавливались из красной (чистой) и зелёной меди, мельхиора, а позже стали использовать более дешёвые сплавы типа латуни. Латунные – золотого цвета самовары выглядят нарядно, но требуют тщательного ухода за поверхностью. Встречались самовары и из драгоценных металлов – золота и серебра и даже из чистого кварца. Изготовление самовара – процесс достаточно трудоёмкий. В его производстве были задействованы рабочие разных специальностей. Формы самовара были очень разнообразны: в виде яйца, репки, шара, банки, рюмки, вазы, груши. Помимо оригинальной формы мастера вкладывали в своё произведение фантазию. Таким образом, появились орнаменты в различных стилях. В нашем музее собрана богатая коллекция самоваров различной формы и разной эпохи. Самовар, который представлен в рубрике «История одного предмета», находится в экспозиции музея. Его передали в дар музею учащиеся Черемисской школы. Самовар первой половины ХХ века, сделан из латуни. Форма тулова в виде репки, с рельефным рисунком, фигурными ручками и ключом. Высота – 40 см, диаметр – 25 см. Самовар совершенно бессознательно стал частью культурного наследия русских людей. Он может создать удивительную теплую и уютную обстановку в доме, добавить неповторимого колорита семейным и дружеским посиделкам, напомнить о давно забытых, но таких приятных русских традициях.

                                                   Першина О.А, Черемисский историко – литературный музей.

Такой простой, но такой опасный

В Черемисском историко-литературном музее в экспозиции «Основание села» особый интерес посетители проявляют к истории крестьянского оружия под названием «кистень». Этот предмет был найден краеведом Василием Ивановичем Шабуниным в 60-е годы XX века в одном из старых домов села.

Название «кистень», вероятнее всего, произошло от кисти руки, поскольку деревянную рукоять этого оружия на Руси называли «кистенищем». Кистень представляет собой ударный груз - металлическую многогранную гирю - «било», весом 400г, соединённое гибким подвесом - цепью с деревянной рукоятью - кистенищем длиной 1м 20см.

Контактное холодное оружие ударно-раздробляющего действия служило крестьянам как средство самообороны, которое они брали с собой в дорогу, уезжая на ярмарки в город. В селе ходили легенды, что не раз это оружие выручало от жутких нападений грабителей и бандитов. Благодаря своей дешевизне и эффективности кистени широко использовались крестьянами вплоть до начала XX века.

Кистень был лёгким оружием, позволяющим наносить внезапные удары. Несмотря на небольшой вес била, скорость позволяла компенсировать этот недостаток. Сила удара, наносимая кистенём, составляла порядка 6,6—14 кг, в то время как для разрушения любой кости достаточно 8 кг. Таким образом, ударом кистеня можно было нанести тяжёлые повреждения, «ошеломить», оглушить человека.

Невероятно, но это оружие использовалось крестьянами не одно столетие. Удивляет простота изготовления, но пугает большая травмоопасность.

                                                                                    Н.В. Першина, Черемисский историко-литературный музей

Лапти

В экспозиции «Занятия и промыслы жителей Черемисской волости» экспонируются лапти. Во время экскурсии экскурсовод задает посетителям вопрос: «Какой предмет здесь неуместен». Конечно «Лапти». На Урале и Сибири лапти не носили. В отчете о селе Черемисском Русскому Географическому обществу за 1848 год, священник Черемисской церкви Павел Горский в разделе «Одежда» сообщает, что жители носят обутки. О лаптях упоминаний нет. Видимо в каких-то редких случаях в некоторых семьях
такая обувь, возможно, была. Лапти исконно русская обувь. До начала XX века Россию называли не иначе как «страной лапотной», вкладывая в это выражение оттенок отсталости и примитивизма. Лапти, ставшие своего рода символом, вошедшим во множество пословиц и поговорок, традиционно считали обувью беднейшей части населения. Территория, где они активно использовались, совпадала с районами сильнейшего крепостного гнета. Лапти умели делать в каждой семье. Плели их из древесного лыка (липовые, вязовые, ивовые и другие), бересты или пеньки. Для прочности подошву подплетали лозой, лыком, верёвкой или подшивали кожей. Лапоть привязывался к ноге оборами (шнурками), Легкая и гигиеничная обувь предназначалась для повседневного использования. Носилась она вместе с портянками (онучами). В морозную погоду изделия служили до 10 дней, летом стаптывались примерно за 4 дня. Конструкция лаптей состоит из пяточной зоны, мыска (головки), дна (подошвы). По краям располагались бока (бочки или берцы). Для продевания шнурков (оборок) в боковинах оставлялись специальные отверстия – проушины. Из полной телеги лык выходило до 300 пар обуви. За день у опытных лапотников получалось изготовить до 10 изделий. В деревне их носили в любое время года, по праздникам и будням, в них венчали молодоженов, хоронили мертвых. Существовало множество техник плетения: в косую или прямую клетку, с носка, пятки – жители каждого региона использовали свои методы. Для работы применялись специальные инструменты – колчедыки из металла или костей животных. В Черемисском музее можно увидеть не только русские, но и марийские лапти. В чем их различие? Марийские лапти сочетали прямое и косое плетение, что придавало им прочность. Если русские лапти плели разными для правой и левой ноги, то марийские лапти плелись одинаково, не различаясь по ногам (как и у татар, мордвы, чувашей), такие лапти были более практичными, когда изнашивался, рвался один лапоть, другой можно было не выбрасывать и заменить. Лапти в широком употреблении использовались в сельской местности до 30-х гг. XX века.
Першина Н.В.

Первый краевед села

Шабунин Василий Иванович

(1927 – 1996)

Первый собиратель материала по истории  родного края. Они легли в основу Черемисского музея. В начале 50-х гг. XX века  он стал записывать рассказы участников и очевидцев событий, происходивших в селе в конце XIX – начале XX века. Он работал в архивах Тобольска, Перми, Москвы. Свердловска, вел  переписку с уроженцами села, с музеями, адресными столами. Освоив фотодело, снимал старые дома, простоявшие по 100-200 лет. Рассказывая в своей книге «Судьбы людские» о В.И. Шабунине В.М. Бесова пишет о нем: «Своим подвижничеством столько сделал для села, увековечивая память земляков для нынешних и будущих поколений, что заслужил собственного  увековечивания». На его могиле стоит памятник со словами:» От благодарных жителей села». В 2015 году к юбилею музея была установлена мемориальная доска Василию Ивановичу.

Пояс домотканый

«Пояс верный, друг сердечный" — так гласит старинное русское присловье, указывающее на то, что пояс играл большую роль в жизни наших предков. Действительно, с глубокой древности на Руси пояс составлял непременный компонент как мужской, так и женской одежды, занимал значительное место в духовной и хозяйственной сферах жизни людей. Но в древнерусском костюме пояс применялся не столько для поддержки верхней части костюма, сколько для того, чтобы сохранить тепло. Подпоясывались не только рубахи – косоворотки, но и платья, сарафаны, верхняя одежда. Распоясать человека означало обесчестить его. Существовало два способа подвязывания пояса: очень высоко под грудью для женщин и низко под животом у мужчин. Также пояс служил элементом крепления мелких вещей: ключей, гребней, кошельков и небольших сумочек. Для изготовления поясов использовали шерстяную пряжу и суровые льняные нити. Орнамент поясов состоял из простейших геометрических узоров – косых крестов, уголков, столбиков, косых и продольных линий. Пояс являлся ярким декоративным элементом костюма, поэтому цветовая гамма поясов была довольно разнообразна, их ткали из нитей красного, зеленого, желтого, белого, синего и других цветов. Кисти считались «душой пояса», его украшением. Делали их пышными, разноцветными, которые порой заканчивались затейливыми переплетениями разноцветных ниток с шариками и помпончиками. Чем скромнее был сам пояс, тем богаче, ярче делались кисти. Пояса умела ткать каждая женщина. Этому рукоделию учили с детства. Зачастую на поясах ткали тексты, например, «Кого люблю, тому дарю», «Носить – не терять, меня не забывать», либо строчки их девичьих песен. Все тканые пояса можно поделить на два вида: широкие и узкие. Их называют по - разному: первые – кушаком ли опояском, вторые – пояском, покромкой. Виды поясов напрямую связаны со способом их изготовления: тканые на вилке, тканые на дощечках, пояса в технике закладного творчества, браные пояса и т.д. Существовало множество обрядов, связанных с поясом. С помощью пояса устанавливается связь между «своим» и «чужим» пространствами, старым и новым домом. Так при переходе в новый дом хозяин входил первым и втягивал за пояс всех членов семьи. Молодая, входя в дом мужа после венчания, бросала пояс на печь. При первом выгоне скота в поле было принято расстилать в воротах пояс, чаще красный. Это делалось для того, чтобы скотинка не заблудилась и вернулась домой. Девушки часто использовали пояса в гаданиях. Вера в магическое значение пояса имела место при дарении поясов во время сватовства и свадьбы. Если невеста передала жениху пояс, то уже не имела права изменить решение и отказать жениху. Пояс употреблялся в заговорах от болезней. На Руси пояс служил родительским благословением, и передавался по наследству из поколения в поколение. Младенца опоясывали в ходе родильных обрядов, принимая в этот мир нового человека. Родившийся ребенок получал своего рода талисман, который сопровождал его всю жизнь. На поясах опускали гроб в могилу, провожая человека из этого мира. По русским поверьям ходить без пояса было грешно, как и без креста. Считалось, что подпоясанного человека и бес боится, его не тронет ни домовой, ни леший. Вашему вниманию представлен пояс домотканый из экспозиции нашего музея. Пояс красного цвета, выткан из шерсти. По краям узкие полоски сиреневого, оранжевого, чёрного и бордового цветов. На поясе зелёными нитями вытканы слова: «Этотъ поесокъ даріла тому, кто мiлъ сертсу моему». Между словами повторяющийся элемент – зигзаг. На концах пояса разноцветные мелкие помпоны из нитей красного, синего, сиреневого, оранжевого, желтого, бордового и зеленого цветов. Всё это исключительно красочное богатство, бесконечное множество узоров создавалось руками крестьянских женщин на протяжении многих веков, бережно передавалось из поколения в поколение и дошло до нас в неизменном виде.

Першина О.А, Черемисский историко – литературный музей

Картина Комиссарова А.А.

В фондах Черемисского историко-литературного музея хранится картина под названием «Уголок природы у Лесной больницы». Её автора, Комиссарова Александра Андреевича, учителя, приехавшего в село в 30-е гг., старшее поколение с.Черемисского хорошо знает и до сих пор уважает. Он перенёс за свою жизнь немало испытаний и чудом остался жив: в 1930 г. был раскулачен и сослан его отец, через несколько лет по доносу был арестован он сам и полтора года находился под арестом. Летом 1942 г. участвовал в жестоких боях по бороне Сталинграда.

Вернувшись с фронта без правой руки, Александр Андреевич нашёл в себе силы начать жизнь заново. Он продолжил работать в школе учителем математики, рисования, черчения. Левой рукой копал огород, косил траву, стрелял из ружья и бил рябчиков на лету, посадил молодые яблоньки и ухаживал за садом. Будучи директором Черемисской школы, вечерами писал доклады, читал лекции, проводил беседы. В послевоенные годы пел в хоре, руководил постановкой спектаклей в клубе, сам гримировал артистов, сам играл в спектаклях. Но главное – он снова начал заниматься своим любимым делом – рисованием. Теперь уже левой рукой писал он картины простой уральской природы, стараясь передать через них свою искреннюю любовь к России, которую хранил в своём сердце до конца своих дней. Закончив очередную картину, художник тут же её дарил кому-нибудь, делясь с другими частичкой своей удивительной души.

         Колташова Л.Н.

Старый кошелёк

Множество вещей, которые в современном мире мы называем устаревшими, скоро пополнится ещё одним предметом. Это кошелёк. В век кредитных карт и сотовых телефонов этот аксессуар утрачивает свое предназначение. Сейчас, чтобы оплатить покупку, услугу, люди все чаще хватаются за телефон, а не за кошелек.
Трудно себе представить, что ещё 100-150 лет назад, в кошельках носили не только бумажные деньги, но и монеты из серебра и золота. Кошелёк из Черемисского историко-литературного музея это подтверждает. Изготовлен он в конце ХIХ века в Варшаве на фабрике М. Фишмана. Это именно кошелёк, а не бумажник, так как купюры того периода в него просто не поместятся. За качество этот товар в 1894г. в Антверпене был удостоен медали, а 1896г. получил похвальный отзыв в Нижнем Новгороде, об этом свидетельствуют надписи на внутренней стороне клапана. Кошелёк изготовлен из кожи. Когда-то кожа была черного цвета, снаружи она была отлакирована. От времени и долго употребления кожа снаружи и изнутри потрескалась и потерлась. А вот металлические защелки и замочки все в рабочем состоянии. В кошельке семь отделений. Одно из них, защелкивается отдельным замочком и предназначено для золотых монет, о чем на клапане сделана надпись: «Отделенiе для золота». Что еще можно предположить, глядя на этот экспонат? Так как, кошелёк очень компактен (размер его в закрытом состоянии 10 на 7 см.) и легко поместится в любой карман, когда-то он, конечно, принадлежал мужчине. Потому как женские кошели в ту пору напоминали маленькие сумочки, да и карманы на женской одежде того времени встречались редко. Судя по всему, хозяин кошелька был довольно состоятельным человеком. Скорее всего, это был лавочник или купец. Крестьянин или рабочий такого кошелька себе позволить не могли.
И еще один интересный факт. В современный бумажник суеверные люди кладут множество различных талисманов и оберегов, для того чтобы деньги в нем всегда водились. А в старых кошельках было специальное отделение для мелочи, которую нужно было раздать как милостыню нищим. Ни в коем случае её нельзя было смешивать с другими деньгами, иначе сам обнищаешь. Правда, определить, какое из отделений этого кошелька отводилось под милостыню, сейчас трудно.

Колташова Л.Н.

Фронтовой дневник

Среди реликвий Черемисского историко-литературного музея хранится фронтовой дневник М.В. Ильиных, уроженца села Черемисское, 1913 г.р.

Михаил Васильевич воевал с 1942 г., под Сталинградом был ранен, после госпиталя учился в Ульяновском танковом училище.  Затем в составе 77 танкового полка участвовал в боях за взятие Кёнигсберга. О боях в Восточной Пруссии рассказывают страницы его дневника.

Дневниковые записи начинаются с 6 октября 1944 г. Эта дата для Михаила Васильевича, как веха. Он так и пишет: «Настал для меня час боёв в танковых войсках…». А далее всего несколько строчек о том, что участвовал в прорыве, что танк был подбит, а весь экипаж ранен, что раненым им пришлось отстреливаться, что попал в госпиталь. Но эти несколько строчек вместили в себя 11 дней боя, боли, крови, потерь. Нашлось там место и подвигу, за который Ильиных был удостоен своей первой награды – ордена Отечественной войны II степени (кстати, об этом – ни слова в дневнике). Вроде бы всё так и должно быть. Бои, обстрелы, прорывы. И лишь когда очень тяжело, прорывается горечь в словах: «18 марта (1945). В этот день сгорел экипаж: 4 человека вместе с машиной. Двух из них я хорошо знаю…». А дальше вновь бои, Победа, служба в Германии, горести и радости, ожидание писем из дома. Всего и не перечислишь, что скрывается за этими скупыми чернильными строками на десятке пожелтевших страниц – это целая жизнь.

Дневник заканчивается записями о долгожданной демобилизации. И вот последняя из них: «13 марта (1946). Утром - в Реже, и к вечеру уже добрался до своей семьи». А дальше – другая жизнь…

                                                                                                                                Л. Колташова, Черемисский историко-литературный музей.

Первые поселенцы села Черемисского

В 1948 г. священник Черемисской Богоявленской церкви Павел Горский написал сведения о первых поселенцах деревни Черемиска в Русское Географическое Общество в Санкт-Петербург: «Село Черемисское, в котором ныне живут государственные крестьяне, получило название от черемис, живших в сём месте около 1670 года».

Основатель Аятской слободы Фролка Арапов в своем докладе верхотурскому воеводе за 1670 год сообщает о факте пребывания черемис: «А от новой Аятской слободы вниз подле Реж реки за шесть верст на большом поле селятся воровская черемиса Енилка с товарищами семей с девять. А живут черемиса воровски, пашни на себя единые лехи не пашут, единые горсти ржи не сеяно. Только они, черемисы, из-под Казани коней крадут и к себе приводят. И многие крестьяне из-за воровскою черемисою в новую Аятскую слободу не селятся, боятся они черемис большого воровства и конной кражи».

В 1671 году черемисы угнали у аятских крестьян лошадей и бежали в «Русь» (территории юго-западнее Верхотурского уезда).

После этого Ф. Арапов получил специальную «память» от воеводы о разрешении русским крестьянам селиться на освободившейся земле. Три семейства из выходцев казанских поселились в низовьях речки Черемиска на ключе Макаровом, от которых и происходит все нынешнее поколение.

Н. Першина, Черемисский историко-литературный музей.

Горшок для приготовления пищи

На протяжении нескольких веков горшок был главной посудой на Руси, с ним связано много поверий, поговорок, сказок, свадебных и похоронных обрядов. Когда - то он был незаменим в хозяйстве, просто «хозяин в доме». Любой гончар должен был уметь изготовить горшок. Способы изготовления горшка разные: на гончарном круге, отливом в форму, из жгутов. Обычно горшки имели естественный цвет обожжённой глины. Иногда их обливали перед обжигом жидкой беложгущейся глиной, и тогда они становились светлыми. Порой поступали наоборот, «морили» в печи без доступа воздуха. В результате горшки приобретали черный цвет. Различны горшки по размерам и назначению, а схожи только по форме. Особо их не украшали, лишь иногда круговыми прямыми или волнистыми полосками, а также рядами ямочек. Отсутствие украшений было обусловлено назначением горшка: быть всегда в печке. Обычно горшки покупали на базаре или у местного гончара. Покупатель приходил к гончару, выбирал необходимый ему горшок и насыпал в него доверху муки. Гончар высыпал муку в стоявшую тут же бочку, а горшок отдавал покупателю. Из этого нетрудно сделать вывод: чем больше горшок, тем дороже он стоил.

Старинная пословица гласит: «Гора с горой не сходится, горшок с горшком столкнётся». Действительно, как бы бережно хозяйка не обращалась с горшками, они всё же могли разбиться от случайного неловкого движения. Если горшок разбивался на крупные части его не выбрасывали, а обвивали берестой. В таких горшках хранили сыпучие продукты. Так как горшки часто разбивались, хозяева вынуждены были самостоятельно лепить их на гончарном круге.

Этот полезный предмет был востребован как простыми крестьянами, так и боярами. В крестьянском доме было около десятка и более горшков разных размеров: от многоведёрного до небольшого горшка. В них хранили мёд, кипятили воду, готовили кашу и супы, тушили рыбу, мясо, хранили крупы, запекали разнообразные продукты.  Горшок в семье берегли, обращались уважительно, наделяли потусторонними возможностями. Горшки разных размеров имели свои названия: братина, кринка, горшок – луковник, кашник и т.д.

Горшок, представленный в экспозиции нашего музея, называли махоткой, горшенятом или малышом. В таких топили масло и готовили варенец. В зажиточных семьях махотки использовались для приготовления порционных блюд.

                                                   Першина О.А., Черемисский историко – литературный музей

Матрешка

Матрешка – главный сувенир и кукла России. Матрешка стала одним из символов русского народного искусства, традиционным русским сувениром. История появления матрешки общеизвестна. Первая русская матрешка выточена Василием Звездочкиным и расписана художником Сергеем Малютиным. Она состояла из 8 фигурок. А венчал это семейство спелёнутый ребенок.
Деревянную куклу, походившую на крестьянскую девушку, одетую в красный сарафан и передник, назвали по имени Матрёна, а позже ласково Матрёшка. В дореволюционной России это было самое распространенное женское имя. Образ куклы ассоциировался с матерью многочисленного семейства. Продолжение рода, бесконечность жизни – в этом глубокий символический смысл игрушки. Для изготовления куклы используют чаще липу, реже березу, осину. Неразборную куклу делают первой. Когда «малышка» готова, приступают к следующей фигурке, в которую войдет первая. Заготовка необходимой высоты обрабатывается и разрезается на верхнюю и нижнюю части. Первой делается нижняя часть. Затем удаляют древесину изнутри обеих частей второй куклы так, чтобы меньшая кукла плотно вставлялась внутрь. Перед росписью матрешек грунтуют, после росписи лакируют. Сначала разрисовывается лицо игрушки и передник с живописным изображением и уже потом сарафан и косынка.
Огромная популярность матрешки способствовала возникновению новых центров по ее изготовлению и росписи. Среди них художественные промыслы Подмосковья - город Загорск, Нижегородского края - Семенов и Городец, село Майдан, Вятского края – город Нолинск. Известны расписные в национальных традициях башкирские, марийские, мордовские матрешки.
Деревянные красочные разъемные игрушки отражают особенности быта, отличаются росписью и мастерством исполнения.
В коллекции «Прочее» Черемисского историко-литературного музея хранятся разнообразные куклы-сувениры. Вятская матрешка, матрешка в национальном костюме малых народов России; авторские матрешки, расписанные сотрудником музея Першиной Н.В. Матрешки не пылятся на полках фондохранилища. Коллекционные куклы экспонируется на выставках декоративно-прикладного искусства, также демонстрируются на познавательных занятиях о народных куклах, используются в игровых программах для детей детского сада.
Першина Н.В.

Фронтовая шинель

Памятным экспонатом Черемисского музея о событиях Великой Отечественной войны 1941-1945гг является фронтовая солдатская шинель. Шинель фабричного производства, образца 1935 года, однобортная из шинельного сукна серого цвета. Ткань выцвела, сильно изношена, загрязнена. В нескольких местах на ткани порывы нитей, разрывы на месте швов, подол обветшавший.

Шинель была универсальной верхней одеждой -  служила солдату, как плащ, и как одеяло. Огнеупорность сукна спасала от искр огнестрельного оружия. Крой шинели был узкий, но не стеснял движений в бою. Сукно неплохо удерживало влагу, поэтому шинель быстро сохла у походного костра.

Шинель принадлежала сержанту Ежову Тимофею Яковлевичу, уроженцу д. Воронино, участнику Великой Отечественной войны. До войны работал секретарём Черемисского сельского совета. На фронт ушёл в 1942г. Воевал в составе 2-го Белорусского фронта, был командиром отделения 341 отдельной роты химзащиты. В сентябре 1944г. был тяжело ранен. Был награжден медалью «За отвагу».  После госпиталя в феврале 1945г. вернулся в село. В этой шинели Ежов Т.Я., с его слов, прошёл весь свой боевой путь. Шинель передала в музей дочь.

Увидев фронтовую шинель, вещественный памятник, реликвию военного периода, представляешь и понимаешь всю тяжесть и опасность солдатских будней, суровость военного лихолетья.

  Першина Н.В.Черемисский историко-литературный музей

Чем только не увлекаются люди, что только не коллекционируют!

Старшее поколение помнит фильм «Каникулы Кроша» по одноименной повести Анатолия Рыбакова. Сюжет фильма раскручивается вокруг коллекции миниатюрных фигурок нэцке – талисманов, которые относятся к национальной японской культуре. В фондах Черемисского историко-литературного музея хранится такой талисман в числе предметов из коллекции сувениров с Востока, собранной в 60-70 гг. ХХ в. Предположительно это нэцкэ Кубера, вырезанное из дерева. Кубера - хранитель всех скрытых в земле кладов и сокровищ, бог богатства и счастья, праведности и благочестия. Также он является властелином горных духов, которые стерегут сокровища подземельные. Иногда он обозревает свои богатства на летающей колеснице. Этот бог очень справедливый и добрый. Кубера дарит людям успех и счастье. Он является олицетворением гармонии материального и духовного богатства. Изначально нэцке служили брелоками, с помощью которых крепились к поясу своеобразные мешочки с мелочами, так как на кимоно не было карманов. Позже такие фигурки стали служить украшением интерьера.

                                                                                                                                Колташова Л.Н.

Гармонь «Беларусь»

Черемисский историко-литературный музей примечателен тем, что многие экспонируемые предметы, когда-то принадлежали жителям села Черемисского.  Почти каждый экспонат – легенда, рассказывающая о судьбе человека. Рассказывая об экспонате, безусловно, вспоминаешь владельца. В разделе «Интерьер сельского дома 60-70-х гг. XX века» демонстрируется гармонь «Беларусь. Ее хозяин -  Запрудин Василий Аркадьевич, уроженец села Черемисского.  Он музыкант самоучка. Когда служил в армии на Чукотке, в свободное время по самоучителю изучал нотную грамоту и учился играть на баяне. После демобилизации вернулся в село Черемисское. Работал в колхозе трактористом. Любовь к музыке и баяну не угасала.  В Свердловске купил себе первый баян.  Жители села Черемисского помнят Василия Аркадьевича, его веселый нрав и добродушие. На сельских праздниках в его исполнении звучали русские народные песни на сцене Черемисского Дома культуры. Инструментом владел виртуозно.  Задорное выступление на сцене захватывало зрителей.

Интересно то, что род Запрудных в селе Черемисском славился не только тем, что все мужчины были замечательные мастера каменщики, но и тем, что почти все играли на гармошке. Вот и Василий Аркадьевич купил себе гармонь «Беларусь» будучи на пенсии.  Любил петь русские частушки под гармонь.

50 лет назад играть на гармошке было модно и почетно. Гармонист был первый парень на деревне.  По традиции ни одна свадьба, ни проводы в армию, ни обычное народное гулянье без гармошки не обходились. К, сожалению, сейчас в селе мало гармонистов. А жаль! Что может быть лучше русского перепляса и частушки под гармонь!

                                                                    Першина Н.В., Черемисский историко – литературный музей

 

Графа в расчетной ведомости

Интересный документ хранится в фондах Черемисского историко – литературного музея. Это подшивка расчетных ведомостей по выдаче зарплаты рабочим и служащим Черемисского сельского Совета. Всего в подшивке 37 листов за период с января 1939 года по декабрь 1943. Ведомости расчерчены простым карандашом и заполнены от руки чернилами на оберточной бумаге, на тетрадных листах, на плакатах и обоях.
На старых пожелтевших листах хранится много интересных сведений. Оказывается, структурными подразделениями сельского Совета в тот период времени являлись ветеринарный пункт, сельский клуб, библиотека, а еще школьный обсуживающий персонал. С мая 1940 г. туда же были включены и детские ясли, а чуть позже и детский сад. С этого же месяца увеличилась и зарплата работников сельского Совета.
Председателем Черемисского сельского Совета до начала Великой Отечественной войны был Белоусов Николай Александрович. (Он ушел на фронт в июле 1941г. и погиб в декабре 1941г.) По ведомости можно проследить, что с этого момента по сентябрь 1942 г. на должности председателя сельского Совета сменили друг друга четыре человека: Комин Михаил Никитьевич, Белоусов Александр Александрович (он пропал без вести в ноябре 1942г.), Кукарцев Степан Васильевич, Комин Дмитрий Егорович…
В военные годы в селе продолжали работать и клуб, и библиотека, детсад и ясли, и, хотя численность работников сократилась, - зарплата осталась прежней.
Правда, в разделе «Удержано», наряду с привычными графами «Подоходный налог», «Займ», «Культсбор», в сентябре 1941г. появляется графа «На оборону». Потому что с началом войны был издан Указ Президиума Верховного Совета СССР «Об установлении на военное время временной надбавки к сельскохозяйственному налогу и к подоходному налогу с населения» от 3 июля 1941 г. Те семьи, члены которых не были призваны на военную службу, платили такую надбавку в полном объёме. Если в семье был призван в армию один человек, то надбавка составляла 50%. Семьи, в которых два и более членов были призваны на военную службу, от этой надбавки освобождались полностью. В конце 1941 г. этот указ был отменен в связи с введением следующего Указа Президиума Верховного Совета СССР «О военном налоге» от 29 декабря 1941 г., и эта графа так и стала называться: «Военный налог».
Дети, инвалиды и люди старше 55-60 лет (не имеющие самостоятельных доходов) военный налог не платили. А также военный налог не платили все жены военнослужащих и члены их семей. По данным сайта https://ihistorian.livejournal.com/73136.html примерно около 80% сельских дворов в 1942-1944 гг. имели в своем составе в среднем одного плательщика военного налога.
По данным Википедии военный налог поступал в размерах, превышающих все другие налоговые платежи населения. Это позволило мобилизовать в доход бюджета за годы войны более 72,1 млрд. рублей.
6 июля 1945 года Указом Президиума ВС СССР военный налог был отменён, вместе с ним ушла и графа из расчетной ведомости.

Колташова Л.Н.

Утюг угольный

Сложно себе представить жизнь без такого простого приспособления, как утюг. Он вошёл в нашу жизнь, заняв в ней достойное место. Пользоваться средствами для глажки начали ещё в пятом веке. Люди ухаживали за своей одеждой, чтобы она после стирки выглядела красиво и опрятно. Самым первым устройством для глажения белья был плоский тяжёлый камень. Со временем появились и другие разновидности утюгов: угольные, чугунные, спиртовые, газовые и наконец, электрические. В старину не было универсального приспособления, поэтому существовали утюги для разных тканей и предметов одежды. Был даже маленький прибор, который использовался для глажки перчаток. В прошлом утюги были знаком достатка и благополучия. Ставили его на видное место рядом с самоваром, чтобы все смотрели и завидовали. На Руси, глядя на то, как будущая невеста утюжила одежду, решали, готова ли она к семейной жизни. Если одной рукой – девушка сильная и станет хорошей хозяйкой, если двумя – слабая, и замуж ей ещё рано.

Утюг, из фондов нашего музея – интереснейший экспонат, подаренный учащимися Черемисской школы в 1975 году. Этот утюг – угольный, изготовлен на Каслинском заводе, о чём свидетельствует клеймо на крышке. Крышка крепится к корпусу с помощью застёжки, ручка деревянная. Появились такие утюги в 18 веке и стали популярны во всех отраслях. Внутрь корпуса закладывались раскаленные березовые угли. Для лучшей тяги по бокам делали отверстия, иногда утюг снабжался трубой. Чтобы снова разжечь остывшие угли, в отверстия дули, либо усиленно размахивали утюгом из стороны в сторону. Утюг не отличался удобством и безопасностью: работать было неловко, искры и мелкие угольки то и дело вылетали и легко прожигали вещь. Позже вместо углей стали вкладывать раскаленную чугунную болванку. Разновидностей таких утюгов была масса.

Сегодня мы пользуемся современными и безопасными в эксплуатации утюгами. Поменялось всё, кроме одной детали: с момента изобретения утюг так и не поменял своей клиновидной формы.

Першина О.А., Черемисский историко – литературный музей

Нагрудный знак «25 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.»

В коллекции нумизматики Черемисского историко – литературного музея есть различные почётные нагрудные знаки, которые вручались к юбилейным датам Дня Победы.

Одной из таких наград является нагрудный знак «25 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.» Знак был учреждён Приказом Министра обороны СССР №59 от 17 марта 1970 года. Нагрудным знаком «25 лет Победы в Великой Отечественной войне» за доблесть и отвагу были награждены непосредственные участники Великой Отечественной войны, военнослужащие социалистических стран. Первое вручение было осуществлено 8 мая 1970 года Министром обороны СССР  Маршалом Советского Союза А.А. Гречко.

Много наших земляков, которые воевали на всех фронтах Великой Отечественной войны и вернулись домой живыми, были удостоены этих наград. Некоторые из них хранятся в фондах нашего музея.

Один из таких знаков в музей передала Митькина Васса Фёдоровна. Награда принадлежала Митькину Юрию Прокопьевичу, её мужу, участнику Великой Отечественной войны. Юрий Прокопьевич имел звания рядового, кавалериста, зенитчика. 24 июня 1941 года перешли границу Персии, дошли до Тегерана, откуда перебросили на фронт. В боях под Москвой ранило в голову. Лечился 6 месяцев. Битва под Сталинградом. Ранение в руку и ногу. Лечился в госпитале г. Свердловска. Дальше воевать не мог. Приехал в село Черемисское Режевского района Свердловской области, здесь и обосновался. Человек очень общительный, плясун.

С учётом многомиллионного количества награждений известны десятки разновидностей знака.

Знак представляет собой пятиконечную звезду с гранёными лучами. На звезду помещён венок из дубовых листьев, в центре которого находится фигура советского воина. В левой руке воин держит автомат, а в правой – древко красного флага, в крыже – изображение пятиконечной звезды, серпа и молота. Воин правой ногой наступает на чёрного имперского орла фашистской Германии. Нижняя половина венка прикрыта красной ленточкой с надписью: «25 лет Победы в Великой Отечественной войне 1941 – 1945 гг.».

Знак носится на правой стороне груди, ниже орденов, но выше всех остальных знаков.

Першина О.А, Черемисский историко – литературный музей.

Валёк расписной

В Черемисском историко – литературном музее среди предметов коллекции этнографии есть расписной валёк. Валёк – это старинный деревянный ручной инструмент для стирки и полоскания белья с удобной ручкой. Валёк был у каждой хозяйки, жившей в русской деревне в старые времена. Изготавливались вальки из разных пород деревьев – липы, осины или берёзы. Их было принято украшать резьбой, красивым орнаментом. Такие вальки молодые люди дарили девушкам. Иногда для стирки пользовались вальками попроще, а красивые берегли и держали в доме как украшение. Стирка считалась самой хлопотной тяжёлой домашней работой. С вальком ходили на реку и пользовались им так: бельё, пропитанное мыльным раствором, укладывали на доски, а потом били вальком по белью. И так несколько раз. Русская пословица гласит: «Девка платье моет, как вальком колотит». Валёк из нашей коллекции изготовлен из берёзы, длина его 38 см. На валёк нанесена роспись. Композиция росписи – цветочный орнамент зелёного, светло – коричневого цвета на темном бордовом фоне. Вальку более 100 лет. Передала его в музей Климарёва Аполлинария Петровна, жительница с. Черемисское. Этот предмет из далёкого прошлого всегда привлекает внимание посетителей нашего музея.

Першина О.А., Черемисский историко – литературный музей

Серп

В нашем музее хранятся различные орудия сельскохозяйственного труда. Среди них почётное место занимает серп. Серп - жатвенный нож, представляющий собой полукруглый клинок с зазубренным лезвием, его использовали для уборки зерновых культур и резки трав. Зубцы на лезвии делались в форме лопаток или игл. Считалось, что новыми серпами с заточкой в виде лопаток сначала трудно работать, но по мере их снашивания серп становится все более и более удобным. Жатва серпами с зазубриванием в форме игл, по мнению крестьянок, сразу же давалось легко, однако зубья быстро изнашивались. На нашем серпе зазубрин нет, они сильно изношены. Для того чтобы заострить лезвие серпа нужно было его наточить бруском. Серп сделан из металла, ручка деревянная. Рукоятку серпа всегда делали деревянной, короткой, чтобы ее удобнее было держать в руке. Серпы изготовляли деревенские кузнецы по заказу, так же их продавали в деревенских лавочках и на ярмарках. Жатва серпом была женским трудом. Девочек учили пользоваться им с 10-12 лет. При жатве серп держали в правой руке, левой рукой обхватывали охапку колосьев и быстрым движением серпа срезали их. Полевые работы отнимали у крестьян много сил, здоровья, времени и были тяжелым и изнурительным трудом. Работа серпом особенно была тяжелой – неудобное полусогнутое положение на протяжении нескольких часов вызывало боль в пояснице и руках. От такого тяжелого труда крестьян, от их страданий и появилось слово «страда» - так стали называть жатву. С работой серпом связывали представления о женской силе, ловкости. Старухи, вспоминая свою молодость, говорили: «Была молода, не только хлеб жевала, а по сто снопов в день сжинала».
Этот серп в дар музею передала Колташова Людмила Яковлевна, жительница деревни Колташи.
Першина О.А.

Туесок расписной

В коллекции этнографии нашего музея есть различные туески из бересты. Туеса из бересты (или, как их ещё называли, бурак или поставок) появились очень давно. В ХIХ в. мастерские по росписи туесов были созданы в Нижнем Тагиле, позже в Нижней Салде. Но до сих пор их умеют изготавливать умельцы русского Севера, Урала и Сибири. Туесок – небольшой сосуд из бересты цилиндрической или овальной формы. Широкое распространение объяснялось уникальными свойствами этих сосудов. Береста – внутренний слой берёзовой коры. Уникальные особенности бересты известны с давних времён. Её многослойность сама по себе создает в материале термосовый эффект. Собирается туесок без гвоздей, клея и прочего крепежа. Туеса использовались для хранения продуктов питания или мелких вещей. В них хранят соль, соления, молоко, масло, сметану, творог. Скоропортящиеся продукты в берестяных туесах хранятся долго, соль не отсыревает, соленые грибы приобретают особый аромат, масло не становится горклым, молоко и творог не киснут. Туеса имеют свойство сохранять прохладу воды, кваса и других прохладительных напитков в жаркий день, а горячие напитки, наоборот, долго не остывают. Оттого и был исстари туес частым спутником жнеца, пахаря, охотника, рыбака. С берестяными туесами ходили в лес по ягоды, причём для детей, которым, как правило, доверяли это занятие, пока взрослые работали в поле, мастерили особые туеса – не очень большие, с удобными ручками. Технология изготовления туесов везде была одинаковой, но сосуды отличались декоративным оформлением. Мастер по своему усмотрению мог расписать туесок растительным или геометрическим орнаментом, украсить переводными картинками, вырезать напросвет. Среди большой коллекции туесков нашего музея особое внимание привлекает туесок расписной. Изготовлен он в ХIХ веке (ему более 100 лет). На туеске нанесен растительный орнамент, переводные картинки с изображением пейзажа, цветов, замка, часовни. Краски тёмных тонов: коричневого, зеленого. Высота туеска – 170 см.  В этих рукотворных предметах, собранных и хранящихся в нашем музее, живёт любовь и память о древней, крестьянской Руси. Туесок в музей передал Шабунин Василий Иванович, житель с. Черемисского.

                                Першина О.А., Черемисский историко – литературный музей

«Морозные узоры «ришелье»

17 ноября 2018г в Черемисском историко-литературном музее прошёл традиционный праздник День дарения. Друзья музея пополнили своими подарками музейные коллекции нумизматики, минералов, этнографии и прикладного искусства. Среди предметов коллекции прикладного искусства выделяются вышивки А.Ф. Тюриной, выполненные в технике «ришелье»: подзоры, салфетки, наволочки, украшенные ажурной вышивкой.

Эта вышивка пришла в Европу в эпоху Возрождения из стран Востока. Очень быстро Италия, Франция, а за ней и другие станы Европы были захвачены модой на кружевную ажурную вышивку. Изделия с такой вышивкой были привилегией знати. За рукоделием проводили досуг вельможи и придворные. Мода на вышитые вещи стимулировала открытие женских школ и мастерских по всей Европе. Не обошла она стороной и Россию.

Долгие годы вышивка в технике «ришелье» считалась «городской вышивкой» и лишь во второй половине ХХ века во всей красе обосновалась в русской деревне. Деревенские мастерицы, освоившие уже машинную ажурную вышивку, украшали быт «строчёными» из белой хлопчатобумажной ткани салфеточками, «подзорами» и, конечно же, занавесками. «Строчёные задергушки» украшали окна почти каждой деревенской избы.

Вся прелесть состояла в том, что узоры на занавесках не повторялись. Чего там только не было: цветы, листья, затейливые морозные узоры –  всё зависело от мастерицы, которая должна была обладать не только творческими навыками, но и терпением, вниманием и аккуратностью. Таких умелиц было мало, заказы к ним сыпались со всех окрестных деревень.

Но жизнь не стоит на месте. Вышитые вещи, требующие особого ухода (отбеливания, крахмаления и пр.), вышли из обихода  и сейчас занимают своё место в музейных коллекциях. А вышивка, носящая имя  французского кардинала, претерпевшая трансформацию в соответствии с веяниями моды, влиянием вкусов и традиций, развитием науки и техники, и в XXI веке выглядит изысканно и современно.

                                                                                   Л.Н. Колташова, Черемисский историко-литературный музей.

Да продолжится работа!

 

В основу статьи легли материалы из фондов Черемисского историко-литературного музея и личных воспоминаний Бесовой В.М.

 Это было неожиданно – среди книг литературного фонда Черемисского историко-литературного музея найти первую самостоятельно прочитанную в детстве книгу. Помню, она завораживала своими иллюстрациями, а ещё больше стихами, в которых автор сумел подметить необычное в самом обычном. Да и непростая фамилия автора запомнилась. Стоило только глазу зацепиться за яркую обложку детской книжки, как в памяти сразу всплыло имя поэта и название книги: Евгений Фейерабенд, «Будильник». Ещё неожиданней оказался тот факт, что книга хранилась в разделе под названием: «Они повторили жизненный подвиг Н.Островского».  Там же нашлись и другие книги Е.Фейерабенда (большинство с автографом автора), газетные статьи о поэте, его фотографии, открытки.  Так, спустя сорок с лишним лет, состоялось знакомство с судьбой и творчеством автора, чья книга запомнилась с детства. А когда на сайте «Православие и мир» прочитала статью К.Смирновой к 90-летию Фейерабенда от 19 октября 2016г, захотелось раскрыть ещё одну страницу жизни этого мужественного человека. Но всё по порядку.

Литературный фонд Черемисского историко-литературного музея был создан благодаря деятельности литературного клуба «Лира», организованного в Черемисской школе под руководством Бесовой Валентины Максимовны. Обыкновенный кружок любителей книги, искусства и прекрасного был создан в далёком 1964 году в обыкновенной сельской школе: много читали, делились мнениями по только что прочитанной или изученной на уроке книге. Обсуждали, спорили: каждому хотелось высказать своё мнение о произведении и его героях. Однажды решили написать письмо автору только что вышедшего романа «Тронка» Олесю Гончару. Автор прислал к Новому 1966 году письмо и книгу с автографом. Так всё и началось. Участники школьного литературного клуба переписывались с писателями, поэтами, работниками музеев, завязывая прочные дружеские отношения, приобретая друзей во всех уголках Советского Союза. У каждого поколения «Лиры» были свои направления в работе: одни переписывались с лауреатами Ленинской премии, другие устраивали встречи с уральскими писателями, третьи искали людей, ставших прототипами литературных произведений. Так завязалась переписка с Раисой Островской, женой Николая Островского.  

Бесовой В.М. вспоминала: «Раиса Порфирьевна Островская писала: «…Благодарю за поздравления, за память и любовь к Островскому. Хорошо бы начать поиск людей, повторивших его жизненный подвиг. Будете в Москве, дайте знать. Встретимся…» Трудным оказался поиск! Но он принёс столько радости и незабываемых впечатлений от каждого письма или бандероли, полученных от творческих работников с тяжёлой жизненной судьбой. Писатель без обеих рук Владислав Титов, написавший повесть «Всем смертям назло», Владимир Ворошилов и Эдуард Асадов, потерявшие зрение в Великой Отечественной войне, прикованные к постели Леонид Куликов и Людмила Туманова из Кургана, Борис Ковынёв из Москвы, Леонид Рашковский из Белоруссии, Николай Бирюков – автор «Чайки», Геннадий Кошкин из Ульяновска, Ингрида Соколова из Риги, художник Пауль Камм из Эстонии – все они вступили в переписку с ребятами.»

 В то время частыми гостями в Черемисской школе были уральские писатели и поэты. Добрым другом «Лиры» стала Елена Евгеньевна Хоринская. От неё ребята и узнали о свердловском поэте Евгении Фейерабенде, который с 9 лет был прикован к постели тяжёлой болезнью. Ребята написали ему письмо, завязалась переписка. В апреле 1967г. Елена Евгеньевна Хоринская привезла в школу подарок от своего друга Е.Фейерабенда – книгу «Морской извозчик» с автографом:

Хоть это село и не близко,

И моря поблизости нет,

Извозчик морской, в Черемиску

Друзьям передай мой привет!

Так «лировцы» начали знакомиться с творчеством поэта: от стихов для детей до серьёзной лирики о войне, о любви, о жизни. Для них он стал примером трудолюбия, преодоления жизненных невзгод и ударов судьбы: тяжёлая болезнь, военное холодное и голодное детство, ранняя смерть отца и неподвижность.

 В своей автобиографии Евгений Витальевич писал: «…мне иногда казалось, что литературная работа – дело безнадежное для человека, лишенного возможности широко наблюдать действительность. Но заочная учеба в десятилетке и в Уральском университете, рассказы друзей, газеты и книги, радиоприемник и телевизор раздвигали стены квартиры...»    Письма из Черемиски стали ещё одним способом «раздвинуть стены квартиры».

Елена Евгеньевна Хоринская, которая познакомилась с Женей Фейерабендом ещё до Великой Отечественной войны, готовя к выпуску первую книгу «Урал – земля золотая», так писала о поэте: «Те, кто не знает Евгения Витальевича лично, могут, пожалуй, представить его как мрачного, озлобленного болезнью «беднягу». Какой вздор! Он широкоплеч, у него красивое открытое лицо, умный, приветливый взгляд, добрая улыбка – то весёлая, то задумчивая, то чуть озорная.  А руки! ... Они не только пишут: они умеют и рисовать, и строгать, и делать самые разнообразные и оригинальные вещи…Работа! В ней – жизнь поэта».

А 25 марта 1970г. ребята вместе с В.М.Бесовой и Е.Е.Хоринской впервые приехали в гости к своему другу. Они привезли ему подарки, выпуск стенгазеты «Лира». А ещё множество фотографий, рассказывающих о селе, о школе, о музее и, конечно, о клубе «Лира». Поэт живо интересовался делами школьников и подарил несколько новых книг.

 Следующая встреча состоялась в декабре 1974 года, перед Новогодними праздниками. Сразу после неё школьники собирались на туристско-краеведческий слёт в г. Нижний Тагил. Поэтому на подаренной Валентине Максимовне книге появилось такое посвящение:

Есть славные люди

И местности в мире.

Всегда с теплотой

Вспоминаю о «Лире»!

Талант черемисский –

Дарить вдохновенье.

И Вам, и ребятам –

Мои поздравленья.

От самого сердца, друзья,

С Новым годом!

Удачи – идущим туристским походом!

В 1976г., когда Евгений Фейерабенд отмечал своё пятидесятилетие, «лировцы» вновь навестили поэта. В этот год была выпущена книга стихов «Избранное».  Как всегда, ребята были тепло встречены поэтом и его матерью Матрёной Ивановной, обменялись подарками, долго разговаривали, делились планами.

Нужно отметить, что Евгений Витальевич дружил со многими школьниками. Долго помнили о встречах с ним члены клуба «ЛУННИК», организованном в 60-е гг. в школе № 88 г. Свердловска.  Незабываемое впечатление от общения с поэтом осталось в памяти у руководителя и членов литературного клуба «Уральская рябинушка», работавшего в 70-е гг. в Нижнетагильском педагогическом училище. И это далеко не всё.

«Мало, где довелось побывать мне самому, но письма я получаю из многих и порою очень далёких мест. Там побывали мои стихи. И, стало быть, да продолжится работа! В ней для меня всё!» - говорил Е.Фейерабенд.

Но болезнь брала своё. Всё реже приходили в «Лиру» весточки от него. В.Астафьев, бывавший в доме у Фейерабендов, в своих «Затесях» так пишет о последних годах жизни поэта: «Несмотря на все усилия Матрены Ивановны и Жени, дела у них шли все труднее, все хуже. Немного как бы отечное лицо делалось у Жени бледно-желтым, взор блеклый, оживлявшийся от радости встречи, вдруг западал в полутень, становился неподвижным. С большим уж трудом взбадривал себя Женя, но духом все еще был крепок». 

О своих друзьях из Черемиски Евгений Витальевич помнил до конца. Вскоре, после смерти Е.Фейерабенда, Евгения Долинова привезла в Черемисскую школу папку с надписью: «Стихи для детей (архив). Черемиска», а в папке стихи, отпечатанные на машинке с внесёнными автором от руки поправками. Музейная редкость…  Как и книги поэта, хотя их вышло в свет более тридцати.

 К.Смирнова с сожалением пишет об этом в своей статье: «Последнюю свою книгу «Пронзая сердце радостью и болью» поэт уже не увидел — он умер 14 марта 1981 года. С тех пор его стихи не издавали. Прекрасно иллюстрированные книги для детей — «Ласточкина хатка», «Зимородок», «Жук-усач», «Морской извозчик», «Белый медвежонок», «Самоцвет», «Грибной дождь», «Доброе окно», «Птичья стая» — стали библиографическими редкостями. Посетители выставки в Музее кукол и детской книги все время спрашивают: где купить эти книжки, а вы не продаете? Конечно, нет, — разочаровывают сотрудники…»  А жаль, ведь автор так надеялся:

Слетит по руслу сила вешних вод,

А сделанное вовремя –

Останется.

Работа никогда не пропадёт!

Стихотворение Евгения Фейерабенда «Муравей» Виктор Астафьев назвал одним из лучших в русской поэзии ХХ века и в 1988 внес его в Антологию одного стихотворения «Час России». «На мой взгляд, - писал Виктор Петрович, - это стихотворение нужно всем русским людям...» Он считал, что память о таких «тихих», не имевших громкой славы поэтах, как Евгений Фейерабенд, - показатель состояния народной души. Если их помнят, читают, переиздают и поминают добром, значит, еще не все у нас потеряно..."

Колташова Л Н.,

хранитель музейных предметов Черемиского историко-литературного музея.

 

Рубаха домотканая

У каждого народа имеется национальная одежда, которая является гордостью и достоянием. Одним из ярких примеров является домотканая рубаха . Неизвестно, когда на Руси появилась рубаха, но первые изображения этого элемента одежды относятся к ХII веку.
Разделяли четыре основных типа мужских рубах: туникообразная, с прямыми поликами, с узкими нашивками на плечах, на кокетке. Туникообразный покрой мужской рубахи – наиболее древний и распространенный. Рубахи туникообразного покроя изготавливались с прямым или косым разрезом на груди, без воротника «голошейка» или с воротником «стойка». Косой разрез делали слева, часто рубаху дополнял воротник «стойка».
Мужские рубахи шили из домотканого холста. Рубахи обязательно орнаментировались. По богатству украшений мужская праздничная рубаха иногда не уступала женской. Они были рабочими и праздничными, все зависело от богатства отделки. Её носили и мужчины, и женщины, и дети с рождения. Ткани могли быть неокрашенными или же красились мастерами. Рубахи носили навыпуск, не заправляя в брюки. Подпоясывали шелковым шнуровым поясом или тканым поясом из шерсти. Завязка пояса располагалась с левой стороны. Рубахи шили из полотна, шелка, атласа. Иногда расшивали по рукавам, подолу, вороту. Носили рубаху, как нижнее белье, верхнюю одежду, украшали кистями и поясами и использовали в качестве праздничных нарядов.
Рубаха, которая представлена в рубрике «История одного предмета», повседневная, второй половины 19 века. Рубаха домотканая, крашеная, красно – синяя клетка, машинная строчка, воротник – стойка. В верхней части спины и груди неокрашенное домотканое полотно, под мышками вставлены клинья, рукав цельнокроеный, не втачной., пуговицы старые, петельки ручной работы.
Першина О.А.

Сундук

Сундуки, представленные вниманию посетителей в Черемисском музее – интереснейшие экспонаты, изготовленные в Невьянском крае в XIX-XX вв. Сундук для того времени – это значимый предмет домашней утвари. Сундучный промысел возник на Невьянском заводе С. Яковлева. От других он отличался высокой степенью специализации груза. В одних мастерских выпускали отдельные детали сундуков: деревянные ящики – не окованный голый сундук. Фурнитура – скобы, шарниры, набойки и замки с секретами поставляли кустари из села Быньги. Вид готовых товарных изделий сундуки приобретали в «сборных» мастерских. Техника обработки металла, украшавшего сундуки, была разная: «печатка», чеканка, «морозка» железа и жести. Фирменными Невьянскими сундуками считались обитые «мороженой» жестью. Это такой способ чеканки, когда узор на жести очень похож на морозный узор на окне. Сундуки изготавливали из хвойных пород древесины, которая будучи пропитанная смолой, не позволяла заводиться в них моли. В селе Черемисское 3 раза в году проходили ярмарки, где крестьяне могли приобрести сундуки. Иногда их покупали не уездных торжках. Крестьяне довольствовались дешёвыми сундуками, обитыми полосками «воронёного» или «печатного» железа. Сундуки пользовались спросом. Продавались они поштучно, а иногда и горкой, называемой «тройкой».

Н.В. Першина, Черемисский историко-литературный музей.

Лукошко

Среди предметов этнографии в разделе «Занятия и промыслы» в Черемисском историко –литературном музее есть лукошко. Изготовлено из луба (липа).  К лукошку привязаны две веревки - короткая и длинная.   Диаметр лукошка – 32см, высота – 20см. Использовалось для посева зерновых культур.

Посев зерновых - одно из важнейших крестьянских дел. Основными зерновыми культурами были рожь, пшеница, полба, овёс, ячмень, гречиха, просо. Посев проходил вручную. Для этого использовали лукошко, специальная ёмкость на ремне. Сеятель наполнял лукошко зерном, надевал его через левое плечо, одной рукой придерживал емкость, а другой разбрасывал семена по полю крупными горстями в определённом ритме. Сев считался делом женатых мужчин среднего возраста. Парни девки допускались к севу только в том случае, если в семье не было взрослых мужчин. Семена обычно проверялись на всхожесть. Для этого определённое количество семян засыпали в ящик с зерном. Если из каждых 100 семян всходило 80, то они признавались лучшими и их засевали в землю, расходуя около одного пуда (16 кг.) на десятину (около 1 га). Если результат был хуже, то количество высеваемого на десятину зерна увеличивалось в 10 – 15 раз. Следом за сеятелем подростки вели лошадей с боронами, чтобы птицы не склевали зерно.

Лукошко в музей передал Василий Иванович Шабунин.

                                                                   Горбушина Л.А, Черемисский историко – литературный музей.

Default Image

Вас мало, вышедших из боя… или Все меньше тех, кто мог бы рассказать

Из 164 фронтовиков, вернувшихся с Великой Отечественной войны в село Черемисское, дожили до 70-летия Победы два ветерана: Красненкова Татьяна Алексеевна и Черепанов Иван Афанасьевич.

Красненкова Татьяна Алексеевна, 1924 года рождения.  В Армию призвали  в октябре 1942 года.  С 13 июля 1943 года по 5 августа 1945 Татьяна Алексеевна – красноармеец 82-й Отдельной зенитно-артиллерийской бригады. Охраняла небо над Днепром и Киевом. Награждена орденом «Отечественная война» II степени, медалью «За победу над Германией». После войны вернулась домой, вышла замуж, воспитала семерых детей.

Черепанов Иван Афанасьевич родился  в 1921 году. В  ряды Красной Армии был призван 5 мая 1941г. Получил военную специальность – радист-стрелок. С мая 1942 года – радист 54-го танкового полка 10-й Гвардейской танковой бригады.

Боевое крещение получил в кровопролитном танковом сражении на Курско-Орловской Дуге. В страшном бою под Прохоровкой довелось Ивану Афанасьевичу спастись из горящего танка. Освобождал  Смоленск, Витебск, Великие Луки, участвовал в штурме крепости Кенигсберга.  В  апреле 1944г. направлен  в  зенитно-пулеметную роту 18  Гвардейской саперной дивизии. Победу встретил около Кенигсберга, где занимался обучением солдат в учебной роте.

Награжден орденом «Славы», медалями «За отвагу», «За боевые заслуги», «За взятие Кенигсберга», «За победу над Германией».

Демобилизовался в ноябре 1946 году. Работал пастухом в совхозе имени Ворошилова. Воспитал 4-х детей.     

Першина Н.В., Черемисский историко-литературный музей                     

 

Солдатские ложки

Как известно, на войне, кроме оружия, солдаты больше всего ценят три вещи: саперную лопатку, ложку и котелок.
Сегодня речь пойдет о солдатских ложках времен Великой Отечественной войны. Переданы они в Черемисский историко-литературный музей черемисским краеведом Шабуниным Василием Ивановичем.
Все ложки сделаны из алюминия. Алюминиевую посуду ввели в русской армии ещё в 1895 году, что значительно облегчило вес обмундирования солдата.
Хотя ложка и котелок в Красной армии выдавались каждому новобранцу, многие солдаты оставляли себе ложки из дома, как дорогую память. Солдаты зачастую украшали ложки гравировкой. К примеру, на одной ложке из фондов нашего музея снаружи черпака выгравировано сердце, пронзенное стрелой и мечом и дата 1941, а изнутри – цветок и дата 1945г. На черешке фамилия – Вустич. Неудивительно, что по ложке иногда могли опознать погибшего солдата. Вот как написал об этом поэт-сатирик Сергей Швецов, прошедший войну как фронтовой корреспондент:
«На войне бывает, погибают.
И жетона нету, ну, и пусть!
Пусть меня по ложке опознают.
Все равно на родину вернусь!»
Популярны на фронте были и самодельные ложки. Они по форме напоминают деревянные. Черпак такой ложки не вытянутый, а закруглённый, в виде полусферы. Такими ложками, конечно же, удобнее было есть из котелка. Ложки свои солдаты берегли, одной ложкой пользовались годами. Это подтверждается тем, что с одного края черпак ложки всегда выщерблен от долгого употребления. Носили ложки за голенищем сапога, а не в котелке, как предписывалось уставом, чтобы на ходу не создавать шум. Эта традиция, в походе носить ложку за голенищем сапога, сохранялась в армии долгие годы.

Колташова Л.Н.

Любимый герой

75 лет назад, весной 1942 года, во фронтовой газете «Красноармейская правда» впервые были напечатаны главы из поэмы А. Твардовского «Василий Тёркин».  Образ Тёркина оказался настолько реалистичным,  что сотни фронтовиков узнавали в нём либо себя, либо своих друзей. Иначе и быть не могло, ведь Тёркин - это собирательный образ советского солдата, который  отвечает «за Россию, за народ и за всё на свете». Полюбившийся герой легко принял черты портрета солдата Василия Глотова, нарисованного художником Орестом Верейским в 1942 году. 

Война закончилась, а поэма продолжала жить. Отдельные её главы вошли в школьную программу. Отрывки из поэмы до сих пор живут в памяти многих поколений.

А вот визуальный образ героя стал появляться не только на бумаге. Мода на статуэтки, пришедшая из Германии, привела к тому, что в 50-х гг. 20 века в СССР производством статуэток на самые разнообразные сюжеты стали заниматься и кустарные артели, и фарфоровые заводы. Разные производители  по-разному  представляли образ  народного любимца: Тёркин с винтовкой, Тёркин с гармонью и т.д.

В 1998 г. жительница с. Черемисского Валентина Алексеевна Дегтярёва передала в дар Черемисскому историко-литературному  музею статуэтку «Василий  Тёркин». Только взглянешь на неё, и в памяти сразу звучат строки  из поэмы:  «А гармонь зовёт куда-то, далёко, легко ведёт…»

Л. Колташова, Черемисский историко-литературный музей.

Лестница

Одним из экспонатов ручной работы Черемисского историко – литературного музея является лестница, которой предположительно более 200 лет. Она была изготовлена из вертикально расколотого бревна, имеет четыре ступени, которые выдолблены вручную. Для изготовления таких приспособлений, используемых в хозяйственных целях, выбирали породы деревьев с плотной структурой, предпочтение отдавали сосне. Длину лестницы подбирали исходя из высоты сарая или сеновала, для которых она и использовалась. Наша лестница имеет длину 187 см, и ширину 50 см. Этот предмет передала в музей Запрудина Галина Александровна, жительница села Черемисского из своего родительского дома, который стоит на улице Мира, ранее Большой Низ. Несомненно, этот экспонат является раритетом нашего музея.

              Горбушина Л.А, Черемисский историко – литературный музей

Телевизор КВН

В экспозиции Черемисского историко-литературного музея «Интерьер сельского дома 50-60-х гг. XX века» представлен телевизор «КВН-49-4/Т-1/, выпущенный в 1956г. на Александровском радиозаводе Владимирской области. Это первый массовый телевизор в СССР, принятый к производству в 1949г. Свое название телевизор получил по первым буквам фамилий изобретателей (Кенигсон, Варшавский, Николаевский). Телевизор имеет очень маленький экран, поэтому для просмотра передач необходима была линза, которая заполнялась водой. Линза у экспонируемого телевизора самодельная. Её изготовил муж, хозяйки телевизора Шестаковой Александры Степановны Рычков Александр Петрович. Из села Октябрьского телевизор привез в музей Першин А.П.

                                             Работники музея Першина Н.В., Колташова Л.Н.

Радио – тарелка времен Великой Отечественной войны

Электромагнитный громкоговоритель «Рекорд», хранящийся в Черемисском музее был выпущен заводом имени Калинина в Ленинграде в 30-х годах 20 века.  Устройство репродуктора простое – это конусный бумажный диффузор, немного потрескавшийся по ободу.  Внешний диаметр 360 мм, глубина конуса – 80 мм.  Репродукторы могли подвешиваться на стену, либо стоять на столе, для чего в комплект входила круглая подставка.

 «Рекорд», в народе именуемый «тарелкой», стал символом советского радиовещания довоенных и военных времен.

Значение радиоприемника в 30-е годы трудно переоценить. В 1937 году каждый пятый советский человек старше 10 лет все еще не знал грамоты. «Черная тарелка» была единственным источником информации и действенным «орудием агитации и пропаганды», формировала мировоззрение, передавала новости, развлекала народ советским фольклором.  30-е годы 20 века вошли в историю страны, как время небывалых производственных достижений, и название «Рекорд», как нельзя лучше отражало дух эпохи.

Радио в условиях Великой Отечественной войны стало неотъемлемой частью жизни людей. Именно такие «бумажные тарелки» обеспечивали советским людям возможность слушать сообщения с фронтов. В центре населенного пункта на уличном столбе или на доме висел репродуктор. Под ним собирались люди в тылу, чтобы услышать объявления дикторов о ходе боев. Во всех программах рассказывалось о мужестве советских людей на фронте и в тылу. Радио обладало огромной моральной силой, поддерживая дух людей, ожидавших с войны своих родных, вселяло надежду на победу над врагом.

Из таких громкоговорителей по всей стране раздался голос Юрия Левитана, рассказавшему всему миру о победе советского народа и капитуляции Германии.

 

                 Першина Н., Черемисский историко-литературный музей

Солдатский медальон

В 2015г. фонды Черемисского историко-литературного музея пополнились настоящей реликвией времён Великой Отечественной войны. Это солдатский медальон с идентификационной запиской на имя Лакиенко Степана Агеевича, 1909 года рождения, погибшего в Карелии осенью 1941г. и до 2010 г. считавшегося без вести пропавшим. Родственница Лакиенко -  Н.В. Першина, передавшая его вещи в музей, в 2010г. присутствовала на процедуре перезахоронения защитников Родины в республике Карелия на кургане славы у деревни Виллагора в 39 км от города Петрозаводска. Только четверо из 86 солдат были опознаны благодаря солдатским медальонам.

Опознавательные солдатские знаки были введены императором Николаем II ещё в начале 20 века. Ими клеймились все вещи солдат. Целью этих знаков была опознавательная способность. Во время Первой мировой войны солдаты на шее носили медальоны с записками. Отсюда и название – смертный медальон. После революции 1917г. такие медальоны были отменены. В 1941 г. с началом войны были вновь введены. Теперь они представляли собой восьмигранный пенал с закручивающейся крышкой из карболита. Этот материал был очень твёрдым и термостойким. Туда и вкладывалась записка с данными солдата в двух экземплярах. На солдатских брюках даже был специальный кармашек для такого пенала.

Вообще находка солдатского медальона для поисковиков – дело удачи. К началу Великой Отечественной войны не было произведено достаточное количество смертных медальонов, поэтому погибшие в первый год могли их вовсе не иметь. Медальоны часто бывали пустыми, потому что солдаты из суеверия боялись их заполнять. Довольно часто вкладыш, заполненный владельцем невозможно прочесть из-за того, что текст поврежден влагой. Хорошо сохранившийся текст на пергаментной бумаге – редкая удача. Такой удачей стала находка медальона Лакиенко. Текст, написанный карандашом, хорошо читается. Из него поисковики узнали и имя бойца, что он призывался из Каменского сельского Совета Режевского района. Узнали, что у него была I группа крови, что жену Степана Агеевича звали Александра Ефимовна.

Благодаря медальону ещё один защитник Родины обрёл своё имя и выбыл из списка без вести пропавших.

Колташова Л.Н.

Глиняный кувшин - штоф

В коллекции этнографии и прикладного искусства Черемисского историко-литературного музея есть глиняный кувшин-штоф в виде петуха. Изготовлен он Артелью «Керамик» на Невьянском заводе художественной керамики в 1959г. Автор – Е.А. Жданов. Такие штофы были очень популярны в 60-е годы ХХ века. Наливали в них, как правило, красное вино. Но чаще всего они занимали почётное место на полках шкафов как украшение интерьера. Это было модно! Конечно, такие штофы привлекали внимание, особенно детей. Тем более, что расцветка у каждого петушка своя – можно сказать неповторимая. Это подтверждают ещё три экземпляра таких штофов, хранящиеся в фондах музея. У всех разное оформление.

Интересно то, что штофы для напитков выпускались в СССР и в виде рыб, и в виде поросят, и не только из глины, но и из фарфора.  По поводу поросят и петухов в народе даже сложилась прибаутка. Напьёшься из штофа-петуха красного вина и будешь вести себя как петух.  Ну, а если водки из штофа-свиньи, то соответственно, как свинья.

 Колташова Л.Н.

Свадебный наряд

Плакала девица, ночи не спала,

Долюшка девицы горькою была.

Как родимый батюшка сватам дал ответ,

Так померк для Аннушки разом белый свет.

Как за нелюбимого замуж выходить?

Как же с нелюбимым всю-то жизнь прожить?

Но перчить батюшке Нюра не могла:

Приданое готовила, пряла и ткала.

Плакала  Анюта, опускала взгляд,

Шила подвенечный простенький наряд.

Плакала девица, ночи не спала.

И на поясочке  выткала слова:

«Где цветочек тот прекрасный

Что долину украшал

Дунул ветеръ ненастный

И цветокъ увы завялъ

Такъ я скоро завяну

Скоро жизнь моя пройдёт. А.П.»